Ровно 65 лет назад Красная Армия освободила заключенных фабрики смерти Освенцим-Биркенау.
Вчера во всем мире зажгли поминальные свечи. Так был отмечен Международный день памяти жертв Холокоста, который был избран ООН в память об освобождении узников крупнейшего нацистского лагеря смерти — Освенцим-Биркенау в Польше.
Месяц назад мир с интересом следил за криминальной историей, связанной с исчезновением знаменитой кованой таблички над главными воротами, ведущими в нацистский концлагерь Освенцим-Биркенау. Её надпись, выкованная узником №1010 Яном Ливачем, гласила: «Arbeit macht frei» («Труд освобождает»).
Циничный лозунг нацистов в металле, который сейчас является музейной достопримечательностью, врезался в память харьковчанина Игоря Федоровича Малицкого навечно. Хорошо помнит он ещё одну надпись — над воротами другого концлагеря, в котором ему пришлось побывать — Маутхаузена. Слоган на немецком на входных воротах не внушал оптимизма: «Покинь надежду, всяк сюда входящий!».
Бывший лагерь смерти, который располагался в польском городе Освенцим, сейчас является символом Холокоста — геноцида нацистской Германией европейских евреев.
Концлагерь известен под немецким названием Аушвиц, но был недавно переименован комиссией ЮНЕСКО по всемирному наследию — по просьбе правительства Польши. И сейчас официально называется «Освенцим-Биркенау — концентрационный лагерь смерти нацистской Германии (1940 — 1945)».
— Тогда там существовало три лагеря, — просвещает корреспондента «Времени» Игорь Федорович Малицкий: Аушвиц-1 (центральный мужской лагерь), Аушвиц-2 (женский лагерь и «Канада») и Аушвиц-3.
Самым страшным был второй лагерь — Аушвиц-Биркенау, в котором находились газовые камеры, крематорий и «Канада», вспоминает бывший узник. Вообще-то лагерь был женский, но одно время там находился семейный еврейский и цыганский концлагерь. Эшелоны с новоприбывшими приходили прямо к воротам Биркенау.
В 1944 году, свидетельствует Игорь Малицкий, приходили эшелоны с греческими евреями. Им сообщали, что везут в Палестину, советовали брать с собой как можно больше вещей, всё, что можно. А привозили к газовым камерам Биркенау. И там у будущих жертв отбирали всё.
Ценности, продукты и личные вещи убитых сортировали на огромных складах «Канады», названных так в честь страны, которую поляки считали самой богатой, символом достатка.
— Помню, мы однажды шли утром на работу, видели, как везли детские коляски, — вспоминает Игорь Малицкий. — Вечером возвращаемся — а их продолжают отправлять на станцию в Германию. Можете себе представить, сколько там было казнено детей!
Освенцим-Биркенау был местом массового уничтожения, в первую очередь, евреев из Польши, СССР, Румынии, Франции, Греции и других европейских стран. Но пепел в крематориях остался также от людей других национальностей — русских, украинцев, поляков и даже немцев.
Этот лагерь был настоящей фабрикой смерти! — вспоминает бывший узник. — Именно конвейером, который ежедневно перерабатывал тысячи человеческих тел в пепел. Сначала людей с оккупированных немцами территорий сортировали, отбирали молодых, здоровых и трудоспособных. Остальных — больных, детей, женщин и стариков — отправляли в газовые камеры. А трупы сжигали в крематориях. Часть людей использовали в медицинских экспериментах.
— Причем только в Освенциме — единственном из лагерей — на руках заключенных делали татуировку номера. Вот мой остался до сих пор — 188005, — показывает Малицкий. — В остальных лагерях номера нашивали на одежду или одевали на руку узникам металлический браслет.
По расчетам фашистов, в среднем заключенный имел право прожить в лагере девять месяцев. Так рассчитывали «экономическую целесообразность» его жизни: изношенность полосатой формы, расходы на питание, производительность труда и стоимость человеческого пепла для удобрения.
В Освенциме 19-летний Игорь Малицкий провел полгода — с января по июнь 1944 года. А потом трудоспособных зеков «эвакуировали» в товарных вагонах дальше — в Австрию, в концлагерь Маутхаузен. Но это уже другая история.
Выжить в Освенциме харьковчанину помогла молодость — пронырливый мальчишка, как он сам говорит, участвовал даже в работе бомбо-команд. После бомбежек — а они были особенно частыми в конце войны — немцы выводили добровольцев «на поля», для уборки неразорвавшихся авиабомб. Многие погибали, но был шанс найти убитых кошек, собак и даже продукты. Немцы таких камикадзе не обыскивали, узники беспрепятственно приносили добычу и делились с товарищами едой.
Но главный путь спасения — это коллектив. Так было проще выживать. Юноша сразу же связался с подпольным комитетом лагеря, члены которого поддерживали друг друга.
«Советские» за колючей проволокой были оптимистами, или, как сейчас бы сказали, стрессоустойчивыми. А вот немцы и поляки — какие-то небоевые, неприспособленные, — вспоминает Игорь Малицкий. — Особенно быстро гибли те, кто «сидел, понурив голову».
Одно время Освенцим охраняли части дивизии СС-Галичина, говорит Игорь Малицкий. Как-то раз ему пришлось искать траву для товарища, больного цингой. Остатки зелени можно было найти только в запретной зоне, остальное заключенные съели. Вечером парень лег около колючей проволоки и рванул несколько кустов травы. И вдруг со стороны пулеметной вышки украинец услышал родную речь: «А ну, відійди звідси, бо стрельну!».
— Теперь этим «украинцам», которые сотрудничали с фашистскими извергами, дают звание Героев Украины, — возмущается председатель Харьковского областного совета борцов антифашистского сопротивления Игорь Федорович Малицкий, намекая на недавний указ Президента о присвоении звания Героя Украины Степану Бандере. Мы, 64 оставшихся в живых узника фашистских концлагерей Харьковщины, восприняли этот указ как оскорбление памяти жертв концлагерей.
Накануне Международного дня памяти жертв Холокоста Еврейское агентство опубликовало ежегодный отчет, посвященный проявлениям антисемитизма в мире. Статистика удручающая — такого количества инцидентов в 2009 году не было со времен окончания Второй мировой войны.
Маленький харьковский штрих — как-то на книжной «балке» местные «интеллектуалы» спорили о назначении нацистских крематориев — якобы в печах не трупы сжигали, а пекли хлеб(!) для заключенных.
Ещё один миф, считает Игорь Федорович, относится к мнению нашего («но не моего», оговаривается Малицкий) Президента, что Голодомор — это тоже Холокост. Это большая разница, считает харьковчанин, на долю которого выпало и это испытание голодом.
Сегодня бывший 85-летний узник преподает технологию машиностроения студентам Харьковской инженерно-педагогической академии. А опасность переписывания истории профессор Игорь Федорович Малицкий описал в своей книге «Победили смерть».




| Общий форум | Мюнхенское соглашение... timemextime, 29 января, 01:17 |
| Политика | Щодо протиправних дій представн... jurebype, 30 января, 20:35 |
| Спроси у специалиста | как разделить приватизированную... Антон, вчера, 15:33 |
| Доска объявлений | Офисный переезд в Харькове... Серж, сегодня, 12:00 |
| Образование | А ты платишь преподпвателям?... Сєм, 17 ноября 2011, 00:08 |
Но нельзя молчать и опускать руки..., а указы президента (теперь уже бывшего)...ну что ж, чести они ему не делают, это точно