Каменные джунгли создали собственную культуру и собственную «наскальную» роспись. Это я о граффити — современном искусстве настенных художеств.
Впрочем, под модернистскими «одеждами» неизменной остается древняя суть. Саркастичный Антон Успенский, искусствовед и публицист, не без иронии заметил, что «граффити, чья история начиналась в 1970-х, когда молодежные группировки делили между собой и размечали районы американских мегаполисов с помощью эпиграфики и рисунков, сегодня — признанная изобразительная субкультура с довольно жесткими канонами и музеефицированными авторами (Жан-Мишель Баскиа и Кит Хэринг)». Вот так, сначала ребята просто «метили» территорию, а уж потом дело дошло и до «высокого» искусства. Как правило, «высоким» у нас считают, я бы так сказал, «официально разрешенное» граффити. Это когда ребята рисуют в строго отведенных местах. Если в неотведенных — это бомберы. И если о легальных графферах в Харькове знают довольно хорошо, то среда бомберов — terra incognita. Бомберы — закрытая молодежная группировка. Чужаков они к себе не допускают. Но для «Времени» сделали исключение.
Я уверен, что несмотря на противоречивую форму проявления своего таланта, мой герой — настоящий художник. Причем признанный, пусть и в определенных кругах. Рыжик (назовем его так, ведь, по понятным причинам, он не заинтересован в широкой популярности) — один из лучших бомберов Харькова. Чтобы как можно глубже проникнуть в культуру райтеров (от английского слова write — писать), я напросился в спутники Рыжику на одну из его вылазок.
По правде говоря, я представлял себе это так: под покровом ночи граффер или несколько подбегают к стене и начинают бешено её разрисовывать, озираясь по сторонам. Закончив свое черное дело, все разбегаются в разные стороны.
На деле мероприятие оказалось куда спокойней. «Бомбить» мы отправились не в жилые кварталы, а на относительно безлюдное пространство возле Лопани, неподалеку от станции метро «Гагарина». Оказывается, у бомберов есть своеобразный «кодекс чести». Они не рисуют на стенах жилых домов, памятниках, склепах и могилах. Рыжик пояснил:
— Некультурно навязывать свой стиль и свою эстетику другим людям.
Изрисованные стены домов и подъезды — дело рук так называемых вандалов, экстремистского тинейджерского крыла бомберского движения. Правда, я не стал бы идеализировать всех бомберов — грань между вандалами и бомберами достаточно зыбкая, ведь граффити изначально возникло как искусство протестное. Но то, что уважающий себя харьковский бомбер не будет писать «Маша дура» на памятнике Влюбленным, — это точно.
Итак, объектом рисования стала бетонная плита. Нас трое: я, Рыжик и еще один райтер, не участвующий в процессе, но оценивающий работу. Рыжик достал из сумки робу, садовые ножницы, грунтовку, валик, лоток для краски и большой ящик с баллончиками. Обрезав садовыми ножницами плющ, обвивший стену за долгие годы, райтер взял валик и начал беззастенчиво закрашивать граффити, нарисованное на стене ранее. Я очень удивился: до этого прочитал много статей о райтерах, в которых говорилось, что ни один настоящий граффер не станет закрашивать чужую работу. От моего вопроса Рыжик просто отмахнулся, сказав, что на этой стене места уже нет, а рисунок все равно был хреновый. Наложив несколько слоев водоэмульсионной грунтовки, он подождал, пока она немного подсохнет, и начал набрасывать контур, попутно рассказывая мне о трудностях своего ремесла.
Бомберы рисуют как на заброшенных территориях, так и на охраняемых. Особая статья — это поезда и электрички. Дело в том, что искусство граффити пришло к нам из Америки, где особым шиком считалось разрисовать вагон метро. Поход совершается действительно ночью, рисунок заранее разрабатывается и разделяется на квадраты. Райтеры действуют в команде, каждый отвечает за свой участок. Работают очень быстро, целый вагон может быть раскрашен в считанные минуты. Понятно, что взаимоотношения с работниками метрополитена у райтеров складываются плохо. Когда электричка ночью стоит не в депо, а ждет рейса на одной из веток, машинисты остаются в поезде и отвечают гривней за состояние состава. Они-то и не любят «бомбистов» больше всех. Даже патрульно-постовая служба относится к ночным художникам с большим пониманием. Чаще всего просто дают по шее (в фигуральном смысле) и отпускают, но в редких случаях могут и забрать в отделение.
Впрочем, у Рыжика на счету есть и вылазка в депо метрополитена. Ничего путного, конечно, из нее не вышло. Объект режимный, на поверхности земли находятся контактные рельсы напряжением 825 вольт, поэтому охраняется он не хуже военной базы. Ребята смогли подобраться только к входу в тоннель, где их и заметили.
Большую опасность для бомберов представляют «гопники» — городские «романтики» уголовной тематики, обитающие преимущественно в окраинных рабочих кварталах и страсть как не любящие графферов (и не только) всех мастей. Вот уж кто может реально подпортить здоровье и внешний облик бомбера.
Индустриальный туризм? А почему бы и нет?
Баллончик для граффера, как кисть для художника, объясняет Рыжик, заполняя нарисованный контур. Краска подбирается проверенная опытом и в зависимости от ситуации. Одна, например, ярче, но быстрее выцветет, другая будет держаться годами, но сама по себе тусклая.
Насадки на баллончик — тоже важная деталь вооружения райтера. Рыжик меняет их постоянно. Одни распыляют краску широкой полосой и закрашивают большие пространства быстрее и ровнее, другие красят более узко и точно, что позволяет прорисовывать контуры и тонкие детали рисунка.
— Вообще на краску уходит много денег, — делится Рыжик. — В иной месяц — до четырехсот гривен. Один раз, правда, получилось спереть немного краски (так, согласно литературе из Интернета, поступают настоящие американские графферы), но это исключение. Иногда удается «отбить» затраты, рисуя на заказ. Я делал граффити-рекламу для ночного клуба, тренажерного зала, заправки и т. д. Это удобно и выгодно — превратить стену своего заведения в огромный разноцветный баннер. Но заказов не так уж много. Основная статья моих доходов — работа в супермаркете.
Заканчивая рисунок, Рыжик вводит все больше цветов и все чаще отходит от своей работы на несколько метров, чтобы оценить картину в целом.
— Рисунок приходит по-разному. Иногда где-нибудь в транспорте. Тогда я набрасываю его на листике, чтобы не забыть. Иногда специально сажусь дома за стол и разрабатываю новое творение, а бывает, подхожу к стене и импровизирую. Как придумывается рисунок, не важно, главное — рисовать по канонам стиля. Если хочешь большей свободы — создай свой стиль и придерживайся его, может, он даже станет всемирно известным. Работа должна быть качественной и стильной. Тогда придет признание. Все очень просто…
На взгляд автора этих строк, Харьков еще не столкнулся с проблемой нелегального граффити в полной мере. Но могу предположить, что ждать осталось недолго. Те промышленные российские города, в которых мне довелось побывать, уже расцвечены уличными дизайнерами всех мастей. А европейская Прага не разукрашена граффити лишь в историческом центре. Можно ли легализовать граффити и направить недюжинную энергию бомберов в цивилизованное русло? Не знаю, но лично мне сложно представить бомберов, мирно разрисовывающих детсадовский сарай. Но вот интересный факт. Из разговоров с ребятами я понял, что в Харькове давно процветает нелегальный граффити-туризм. К нам охотно едут бомберы из дальнего и ближнего зарубежья, благо заброшенных промышленных объектов в пролетарской столице Украины хоть отбавляй. Возможно, стоит «покопать» в этом направлении? Почему бы граффити-туризму не стать составной частью индустриального туризма в «первой столице»?
Как известно, индустриальный туризм придумали наши братья-славяне с запада — поляки. Они первыми стали возить пресыщенных европейских туристов на заброшенные промышленные предприятия эпохи социализма. И весьма успешно. Да и в самом Харькове были попытки приспособить пустующие советские промзоны под нечто полезное. Например, проект (принят не был) «Сити-парк» предусматривал создание на части территории бывшего моторостроительного завода «Серп и молот» экстрим-парка. Чем не уникальный объект для туризма? И граффити-клуб или даже туристический граффити-экстрим-клуб при нем смотрелся бы весьма логично.



| Общий форум | Мюнхенское соглашение... timemextime, 29 января, 01:17 |
| Политика | Щодо протиправних дій представн... jurebype, 30 января, 20:35 |
| Спроси у специалиста | как разделить приватизированную... Антон, сегодня, 15:33 |
| Доска объявлений | Услуги Опытных Грузчиков в Харь... Александр, сегодня, 16:19 |
| Образование | А ты платишь преподпвателям?... Сєм, 17 ноября 2011, 00:08 |
Красиво разрисованные стены харьковской поликлиники № 6. Но это давно, в детстве... Какие там были рисунки! Герои всех любимых детских сказок – очень яркие, точно как в детских книжках того времени – но (о восторг!!!) на всю стену!!!… По-моему, очень актуально и сейчас… А благодаря разрисованной беседке в детском саду приятельнице удалось совершенно безболезненно преодолеть период адаптации там ее 3-летнего ребенка, который соглашался остаться без мамы только во время прогулки – с удовольствием шел смотреть картинки…
А что касается предположения «Можно ли легализовать граффити и направить недюжинную энергию бомберов в цивилизованное русло?» - обязательно найдутся люди, которые захотят оригинальности рядом и будут готовы ПЛАТИТЬ за ЭТО. ЭТО ПЕРСПЕКТИВНОЕ РЕКЛАМНОЕ НАПРАВЛЕНИЕ.
В инете - море информации. В том числе и такая:«московское государственное бюро "Экоанализ" предприняло попытку легализовать столичных рисовальщиков граффити: им предложили поучаствовать в конкурсе на лучшее художественное оформление бетонных ограждений около московских прудов.»
Так что, было бы желание у тех, у кого есть возможности… Да и в любом случае неуправляемость процессом рано или поздно, вероятно, «заставит» легализовать это направление, т.к. далеко не все нарисованное или написанное, к сожалению позитивно…